К началу

Губернатор-Терминатор


Арнольд Шварценеггер

Изображение взято из открытого источника.

Владимир АБАРИНОВ, Вашингтон

Специально для «Совершенно секретно»

Убедительная победа Арнольда Шварценеггера на досрочных выборах губернатора Калифорнии породила в России самые разнообразные, один другого заковыристей, комментарии. Смысл их сводится в основном к патологическому идиотизму американцев, дружно «впавших в детство». «Феномен Терминатора» – явление сложное, бесспорно имеющее отношение к массовой культуре. Но главная причина успеха Шварца состоит в неудовлетворенности калифорнийцев положением дел в штате. А кроме того, в умелой, высокопрофессиональной «раскрутке».


Что случилось в Калифорнии?

На Грэя Дэвиса, теперь уже бывшего губернатора, Демократическая партия еще совсем недавно делала ставку как на возможного кандидата в президенты. Однако он, что называется, не справился. За два последних года дефицит бюджета штата составил 38 миллиардов долларов. Правительству Калифорнии присвоен самый низкий среди всех американских штатов кредитный рейтинг – взаймы дают лишь под драконовский процент. Калифорния – это и кузница, и житница, и здравница США. Если бы она была отдельным государством, она входила бы в семерку высокоразвитых стран мира, причем занимала бы в ней шестое место. Как могло случиться, что центр американской киноиндустрии и виноделия, лидер высоких технологий и туристического бизнеса не в состоянии свести концы с концами?

Все началось с кризиса энергоснабжения 2000-2001 годов. Энергоемкий штат неудачно провел приватизацию отрасли и был вынужден покупать электричество у соседей по рыночным ценам. Начались веерные отключения. «Почему электричество, которое, дай Бог памяти, потухало в течение двадцати лет два раза, теперь аккуратно гаснет раз в месяц?» – грозно вопрошал булгаковский профессор Преображенский, будучи убежден, что все беды калабуховского дома происходят от художественной самодеятельности домкома, а проще говоря – от бездарности большевиков. Именно это и произошло в Калифорнии.

Летом этого года в Калифорнии наступил и политический кризис. Губернатор Дэвис представил законодателям проект бюджета, в котором предлагал поправить положение незамысловатым способом – повысить налоги. В обеих палатах законодательного собрания штата – легислатуры – у демократов большинство, однако бюджет утверждается квалифицированным большинством в две трети. Для этого Дэвису нужно было заручиться поддержкой двух республиканцев в Сенате и шести в нижней палате, Ассамблее. Но он так и не смог склонить на свою сторону ни одного из законодателей противоположного стана.

Между тем в штате началась кампания за отзыв Дэвиса. Процедура досрочного прекращения полномочий губернатора по воле избирателей прописана в конституции Калифорнии, но на практике никогда не применялась. В политической истории США был единственный прецедент: 82 года назад был отозван губернатор Северной Дакоты Линн Фрэзер. Но это было давно, поэтому поначалу в осуществимость идеи досрочного отзыва мало кто верил. Однако сбор подписей под петицией пошел невиданными темпами и принес ошеломляющие результаты: за отзыв высказались 1,7 миллиона калифорнийцев. Избирательная комиссия назначила дату голосования – 7 октября – и начала регистрацию кандидатов.

Процедура регистрации оказалась чрезвычайно простой: надо собрать в свою поддержку 65 подписей и заплатить пошлину в размере 3500 долларов; если представить 10 тысяч подписей, пошлину платить не надо. Легкость регистрации привела к тому, что в бюллетени было внесено 135 имен, в том числе порно-

звезда Мэри Кэри, издатель журнала Hustler Ларри Флинт и множество других, как колоритных, так и бесцветных персонажей. Серьезным независимым кандидатом была политический колумнист Арианна Хаффингтон, а у республиканцев – молодой амбициозный сенатор Том Макклинток. Имя Шварценеггера в качестве возможного кандидата республиканцев всплыло как-то само собой: Шварц не раз говорил, что не прочь погубернаторствовать, и всегда интересовался политикой, будучи белой республиканской вороной среди сплошь демократического Голливуда. Однако Арнольд выжидал, говорил, что всецело сконцентрирован на прокатной раскрутке «Терминатора-3» и ему сейчас не до выборов.

Наследник Рейгана

Запоздалые откровения полутора десятков женщин о сексуальных домогательствах Арнольда Шварценеггера не смогли оказать решающего влияния на результаты выборов

Калифорнийская кампания была необычной, устроенной не по правилам. У кандидатов не было времени ни на предварительные прикидки, ни на сбор средств, ни на праймериз – на все про все им было отведено 77 дней (Шварценеггеру, который замешкался на старте, – 62). Демократы не придумали ничего лучшего, как выставить кандидатуру лейтенант-губернатора Круса Бустаманте, который, будучи заместителем Дэвиса, тоже несет ответственность за экономический развал. Кроме того, демократы вплоть до последнего часа агитировали против отзыва и лишь во вторую очередь – мол, раз уж так хочется отозвать Дэвиса – за Бустаманте. Так демократы лишь запутали и себя, и своих сторонников.

Но и перед республиканцами стояла сложная задача. Они понимали, что их кандидат должен быть не просто яркой и известной в штате фигурой. В Калифорнии, которую в 2000 году Буш с треском проиграл Гору, им нужен был человек, способный дистанцироваться от вашингтонской администрации и привлечь голоса продемократического электората. Так, как это сделал Рональд Рейган, в 1966 году избранный губернатором Калифорнии, а в 1980-м – президентом США. Не исключено, что взоры республиканцев обратились к Шварценеггеру именно по ассоциации с Рейганом. Шварц не спешил. Именно в этот период, когда крючок был заброшен, поллстеры – специалисты по опросам – провели свои исследования и выяснили, что его шансы высоки. Популярность Рейгана как актера не идет ни в какое сравнение с мировой славой Шварценеггера. К тому же он иммигрант, а в Калифорнии вопрос отношения к иммигрантам стоит остро. Наконец, он просто обаятельный и умный человек – автор этих строк, встречавшийся с ним в неформальных обстоятельствах, может это засвидетельствовать.

Он объявил о том, что будет избираться, 6 августа и сделал это нестандартно. Обычно для такого заявления кандидат едет в свой родной город или город, где он встал на ноги, его сторонники собираются на митинг под благовидным предлогом, а там уже председательствующий дает ему слово для пламенной речи. При этом, конечно, все знают, зачем собрались, и съемочные группы ведущих телекомпаний тут как тут. Арнольд Шварценеггер пришел для судьбоносного заявления на вечернее ток-шоу комика NBC Джея Лино. Стратеги кампании Шварца утверждают, что заявление их клиента стало для них полнейшей неожиданностью. Сомнительно, чтобы это было так.

Как правило, кандидаты тянут с объявлением о своем участии в кампании до последнего, мотая нервы журналистам и мороча голову публике. Это критически важный отрезок времени: можно вести кампанию исподтишка, делая вид, что не имеешь отношения к домыслам прессы, почитывая статейки о своих достоинствах и недостатках и изучая рейтинги. С другой стороны, пока ты не зарегистрировался, ты не имеешь права начать сбор средств. Существуют и привходящие обстоятельства. Например, Эл Гор в 2000-м ждал, когда закончится операция НАТО в Косово – не только в связи с ее непопулярностью, но и просто потому, что она отбирала у него «шапки» первой полосы. Тонко вычислить момент – большое искусство, которым занимаются специальные люди в команде кандидата. Так что маловероятно, что в данном случае они ничего не знали. Всего вероятнее, это был тщательно продуманный ход, точная ставка на аудиторию и нестандартность кандидата.

Новость мгновенно стала всеамериканской и даже всемирной сенсацией. Комментаторы сразу вспомнили другие удачные перемещения из шоу-бизнеса в политику – того же Рейгана и профессионального рестлинг-борца Джесси Вентуру, избранного в 1998 году губернатором Миннесоты. Телевизионные комики принялись пародировать акцент Шварценеггера и его несколько скованную манеру держаться на публике.

Отношение избирателей к Шварценеггеру было сложным. Его поддерживали 39 процентов избирателей-республиканцев, но лишь 7 процентов демократов. Даже молодежь симпатизировала ему вовсе не в такой пропорции, какой можно было бы ожидать. На стороне Бустаманте были многочисленная латиноамериканская община и профсоюзы Калифорнии. Было ясно, что привести Терминатора к победе способна лишь высокопрофессиональная команда. И такая команда у него была. Избирательный комитет Шварца возглавил один из самых известных в стране калифорнийских политиков Пит Уилсон. Он привел с собой людей, которые дважды, в 1982 и 1988 годах, сделали его самого сенатором, а в 1990 и 1994-м – губернатором Калифорнии. В 1996 году эти люди работали в избирательном штабе Бориса Ельцина.

В роли Геркулеса

«У меня такое ощущение, будто я поймал за хвост тигра», – сказал Джордж Гортон, приступив к работе со Шварценеггером. Это только кажется, что со знаменитостью такого класса никакие технологии не нужны. Американский избиратель выбирает не за красивые глаза – он хочет знать, что намерен делать кандидат, добившись своей цели. Слабым местом Шварца было отсутствие политического опыта; он плохо владел конкретными вопросами, волновавшими публику. «Эта работа не для тех, кто только учится», – говорили оппоненты из демократического лагеря. И это была чистая правда. «Людям нужен человек с характером, – говорил репортерам Гортон. – Тот, кто придет и вычистит дом». «Уборка в доме» стала одним из слоганов кампании Шварценеггера. Ведь он и играл когда-то Геркулеса, очищающего авгиевы конюшни.

Важнейшим залогом победы на американских выборах всегда были деньги. Это в Москве у штаба Ельцина был неограниченный бюджет, а в Америке, чтобы деньги потратить, их надо сначала собрать, причем легальными методами. Как подсчитали потом, калифорнийские выборы были запредельно дорогими: кандидаты тратили в общей сложности миллион долларов в день. Шварценеггер собрал самую большую сумму, почти 30 миллионов; вложил шесть своих, еще на четыре с половиной взял кредит в банке. И сразу же начались судебные разбирательства. Шварца обвинили в том, что он получил кредит под чрезмерно низкий процент. Банкиру пришлось под присягой заявить, что кредит выдан на общих основаниях, со скидкой, полагающейся образцовым клиентам.

 В некоторых отношениях кампания Шварценеггера напоминала кампанию Бориса Ельцина. Спустя два дня после объявления о вступлении в гонку он появился сразу на трех ток-шоу, ведущие которых принялись гонять его по конкретным вопросам. Шварц выглядел неубедительно, его рейтинг сразу покатился вниз. В дальнейшем, зная свою слабость, он не вдавался в тонкости программы, говорил общие слова. Общение с журналистами менеджеры свели к минимуму, слово для вопросов из публики старались давать только сторонникам. Он упорно отказывался от участия в теледебатах с другими кандидатами и, в конце концов, провел только одни, на которых выглядел совсем не блестяще.

Он говорил, что будет «народным губернатором». Команда позиционировала его как умеренного республиканца. Критически важное значение имело активное участие в кампании его жены, тележурналистки Марии Шривер, племянницы иконы демократов – Джона Кеннеди. Нынешний глава клана сенатор Эдвард Кеннеди держался в стороне от калифорнийских выборов: он опубликовал заявление против досрочного отзыва, но никого из кандидатов не поддержал. Но главное – это созданный Шварцем и его командой образ, выгодно отличавший его и от Дэвиса, и от Бустаманте.

Грэй Дэвис – представитель привилегированного класса. Он учился в частной школе и престижном Стэнфордском университете, а затем всю свою жизнь занимался политикой. Но на этих выборах речь шла не о квалификации, а о характере. О Дэвисе говорят, что он вполне оправдывает свое имя (grey – серый), даже из напитков употребляет простую негазированную воду комнатной температуры. За десятилетия, проведенные в коридорах власти, он разучился общаться с народом и не нажил себе друзей, потому что всегда ставил личные отношения в зависимость от политической конъюнктуры. Толстяк Бустаманте с усиками и широкой, будто приклеенной улыбкой на круглом лице старательно играл популиста, но, как уже сказано, ассоциировался с действующим губернатором. А Шварценеггер – простой славный малый, пробившийся из низов, и даже не урожденный американец, сам себя сделал, любит детей, болеет сердцем за народ и говорит нормальным языком.

Не отменить? Так отложить!

К середине сентября Бустаманте потерял три процента, но по-прежнему возглавлял гонку с тридцатью. Шварц держался на второй позиции, прибавив к 22 процентам еще три. Третьим шел Макклинток, которого никак не удавалось уговорить сойти с дистанции и отдать свои голоса Шварценеггеру, – его поддерживали 18 процентов избирателей.

И в этот момент грянул гром среди ясного неба. 15 сентября федеральный окружной апелляционный суд в Сан-Франциско постановил отложить выборы.

Когда стало ясно, что досрочных выборов вряд ли удастся избежать, стратеги Демократической партии бросились на поиски юридической уловки, способной воспрепятствовать народному волеизъявлению. И такая уловка нашлась: Американский союз гражданских свобод потребовал в судебном порядке отложить выборы до тех пор, пока все избирательные участки Калифорнии не будут оборудованы современными машинами для голосования. Федеральный апелляционный суд в Сан-Франциско с доводами правозащитников согласился.

Дело в том, что на президентских выборах 2000 года при машинном подсчете голосов в штате Флорида обнаружилось необычно большое число недействительных бюллетеней, поступивших из трех графств, где избиратели голосовали, пробивая в бюллетене специальным компостером отверстия против фамилии кандидата. В тех случаях, когда избиратель прилагал недостаточное усилие, сквозного отверстия не получалось, и аппарат-счетчик не засчитывал голос. Между тем именно от итогов голосования во Флориде зависел окончательный результат президентских выборов. Пересчет вручную привел лишь к тому, что недействительные бюллетени превратились в спорные. Спор, продолжавшийся 37 дней, дошел в конце концов до Верховного Суда США, который пятью голосами против четырех признал невозможным определить волю избирателя по бюллетеню без отверстия. Поскольку действительных бюллетеней за Джорджа Буша было подано больше, ему и досталась победа.

Во Флориде с тех пор сомнительное оборудование заменили. Однако в шести из 52 графств Калифорнии в избирательных участках по-прежнему установлены компостеры. На этом основании истец потребовал отложить выборы до полной замены оборудования в марте будущего года. Суд первой инстанции отклонил иск, однако апелляционный суд в составе трех судей признал претензию справедливой. На первый взгляд, решение судей выглядит юридически убедительно. Но главное не в формальных основаниях. Заботясь об интересах 400 тысяч избирателей, судьи выбросили в мусорную корзину голоса 1,6 миллиона калифорнийцев, подписавших петицию за досрочный отзыв губернатора Дэвиса. Для республиканцев совмещение губернаторских выборов с первичными президентскими таило в себе особую опасность. У них уже есть очевидный фаворит, действующий президент Буш, поэтому праймериз для них особого смысла не имеют. А у демократов на сегодняшний день девять кандидатов. Следовательно, в марте на избирательные участки придет гораздо меньше сторонников Республиканской партии, чем избирателей-демократов. Опять же к марту, глядишь, и пыль в штате осядет, и дела как-нибудь поправятся. Вот и вся незамысловатая избирательная технология, на которую рассчитывали демократы. Чем не коржаковско-сосковецкий план – если выборы нельзя выиграть, их надо отменить.

 Решение судейской «тройки» немедленно навлекло на себя критику как сторонников досрочных выборов, так и экспертов-правоведов. Все трое судей, принявших решение об отсрочке калифорнийских выборов, назначены президентами-демократами. Учитывая все эти обстоятельства, суд решил заслушать дело еще раз, на сей раз en banc – полным составом из 11 судей. Это заседание состоялось 22 сентября, за две недели до даты выборов.

Интересы истца представлял профессор Гарвардской школы права, авторитетнейший специалист по конституционному праву Лоуренс Трайб, выступавший три года назад в Верховном Суде США как адвокат Эла Гора по делу «Буш против Гора». На него градом посыпались вопросы, из содержания которых явствовало, что судьи настроены скептически. Но непревзойденным перлом разбирательства стала фрейдистская оговорка другого представителя истца, Марка Розенбаума, заявившего, что рассматриваемое дело – «самое очевидное из всех, которые когда-либо слушались в этом цирке». (Английские слова circus – цирк и circuit – судебный округ похожи по звучанию. В оправдание законника стоит сказать, что «цирком» губернаторские выборы в Калифорнии называли многие – из-за пестроты и причудливости претендентов на теплое кресло.)

В конечном счете суд в удовлетворении иска отказал. В своем решении суд сослался на конституцию штата Калифорния, предписывающую провести выборы в течение 80 дней с того момента, когда в пользу досрочных выборов будет собрано необходимое число подписей. Таким образом, неконституционной была бы как раз отсрочка выборов. Интересно, что решение было принято единогласно, то есть те трое судей, которые перенесли было выборы, впоследствии передумали.
 
Сработано на совесть

Опрос, опубликованный 1 октября, впервые зафиксировал преимущество Шварценеггера. Он вышел на первую позицию с 40 процентами, оставив позади Бустаманте с 32. Стало ясно, что довод о некомпетентности кинозвезды бьет мимо цели – избирателей это просто не волновало. И вот тогда в ход пошли грязные технологии, которых так пугалась в 1996 году Татьяна Дьяченко. Было бы нелепо отрицать, что изобретены они в Америке, хотя Россия по этой части ушла далеко вперед. Классическая формула принадлежит Роберту Пенну Уоррену, вернее, герою его романа «Вся королевская рать» Вилли Старку, прообразом для которого послужил луизианский сенатор Хьюи Лонг. Поручая своему помощнику – между прочим, журналисту – Джеку Бёрдену найти грязное пятно в карьере политического противника, Старк произносит свою знаменитую сентенцию: «Человек зачат в грехе и рожден в мерзости, путь его – от пеленки зловонной до смердящего савана». А на реплику Бёрдена, что в данном случае можно ничего и не найти, отвечает: «Всегда что-то есть. Сработай на совесть».

Первую попытку газета Los Angeles Times предприняла еще в номере от 14 сентября. Ее журналисты отправились по стопам отца Арнольда, Густава Шварценеггера. В венском архиве они отыскали его послужной список, выяснили, что в 1938 году он вступил в НСДАП, годом позже был зачислен в СА, а в годы войны мобилизован в полевую жандармерию вермахта и дошел до Ленинграда. Хотя никаких свидетельств его участия в военных преступлениях не обнаружилось, газета, с первого до последнего дня кампании выступавшая против Шварца, опубликовала статью с факсимильным изображением разворота солдатской книжки его отца и рассуждениями о том, в чем мог участвовать Густав.

Затем обнаружилось интервью Терминатора почти 30-летней давности, в котором он якобы восхищается Гитлером. Дабы читатель мог оценить «глубину вспашки», стоит сказать, что цитату откопали в заявке на книгу о Шварценеггере, представленной в издательство шесть лет назад и тогда же отозванной автором. Автор Джордж Батлер знает Шварца уже более 30 лет. В 1977 году он снимал фильм о бодибилдерах. На этих съемках молодой Арнольд будто бы и произнес перед камерой панегирик Гитлеру. При монтаже, однако, фрагмент попал в обрезки. В заявке Батлера было сказано также, что Шварц любит слушать нацистские марши и на манер эсэсовца щелкать каблуками. Слухи о симпатиях Шварца к нацизму – старая история. В 1993 году он вчинил иск британской газете, опубликовавшей подобную информацию, и выиграл суд. Если бы на этот раз информация подтвердилась, Шварценеггеру пришлось бы не только снимать свою кандидатуру, но и сворачивать кинобизнес в Америке. Однако Батлер уже в день публикации дал опровержение. По его словам, цитата была вырвана из контекста: Шварценеггер говорил, что восхищается в Гитлере тем, как маленький человек без образования достиг вершин власти, и его ораторским даром. «Но, – добавлял он, – я не восхищаюсь тем, на что он употребил свои способности». Оказалось, что Шварценеггер, напротив, называл Гитлера «омерзительным злодеем». Члены съемочной группы, среди которых были и евреи, в один голос заявили, что никаких восхвалений Гитлера никогда от Шварца не слышали, а еврейская община его родного города Граца назвала обвинения «предвыборным трюком».

Наконец, поскольку с симпатиями к фюреру дельце не выгорело, оппоненты применили другой безотказный прием. На горизонте появились дамы, общим счетом 16 человек, из них пятеро безымянных, обвинившие Терминатора во фривольном поведении. Спрашивается, где были эти дамочки раньше, почему не обратились к правоохранительным органам за защитой своей чести? Жена губернатора Дэвиса Шарон ответила на это, что она сама в бытность стюардессой подвергалась домогательствам и прекрасно понимает, почему дамы никуда не заявляют. Обвинение было выдвинуто с таким расчетом, чтобы обвиняемый не успел оправдаться в связи с истечением отведенного законом времени на предвыборную агитацию. Тем не менее Шварц принес общее извинение всем женщинам, которых, не желая того, мог обидеть, обещал ответить на обвинения каждой после выборов, но наиболее скандальные из них назвал ложью. Жена встала на защиту мужа, объявив публикации «грязной журналистикой», а женщины, работавшие с ним, заявили, что Шварценеггер – настоящий джентльмен.

Избиратель оставил без внимания газетные разоблачения.

Революция свершилась

 Во вторник утром калифорнийцы выстроились в очередь к избирательным участкам еще до их открытия. Своим правом выбора воспользовались более 65 процентов избирателей. Такой активности штат не видел с президентских выборов 1964 года, на которых Линдон Джонсон победил Барри Голдуотера.

За отзыв Дэвиса было подано 55,1 процента голосов. Том Макклинток, который так и не снял свою кандидатуру в пользу Шварценеггера, набрал 13,3 процента. Но и без этих голосов Терминатор наголову разгромил ближайшего соперника-демократа, собрав 48,4 процента против 31,9 у Круса Бустаманте. Последний, впрочем, ничего не потерял: его ведь никто не отзывал, поэтому он останется на посту лейтенант-губернатора.

События в Калифорнии комментаторы называют революцией – штат, считавшийся вотчиной демократов, проголосовал за республиканца. Победа Шварценеггера меняет весь политический ландшафт страны. За год до новых выборов республиканцы получили в свои руки административный ресурс штата, которому в коллегии выборщиков принадлежат 54 голоса – больше, чем любому другому.

Почему Шварценеггер выиграл? Над этим вопросом сегодня думают в Америке умнейшие люди. И приходят к выводу, что успех Терминатора вряд ли удастся повторить – для этого необходимо уникальное стечение обстоятельств. Вместе с тем пример Калифорнии показывает, что избиратели устали от привычного набора лиц, будь то демократы или республиканцы, – ожидается, что теперь обе партии будут активнее рекрутировать в свои ряды авторитетных людей из других сфер: таких, как Майкл Блумберг, успешный бизнесмен и ныне мэр Нью-Йорка, или генерал Уэсли Кларк, бывший командующий силами НАТО в Европе, который участвует сейчас в президентской гонке. Калифорнийская кампания показала также, что пресса не всесильна – как ни пыталась она завалить Шварца, ничего у нее не вышло.

Статья опубликована с любезного разрешения редакции Совершенно СЕКРЕТНО, при содействии помощника главного редактора Ваисовой Л.М.

Совершенно СЕКРЕТНО №11/174 от 11/2003  -  СЕКРЕТЫ ПОЛИТИКИ